Сказки татарского двора

Оцените материал
(7 голосов)

Наш просторный двор под кроной больших тенистых деревьев местные обитатели соседних домов почему-то называли «татарским». Мы, дети, казалось, похожие друг на друга как две капли воды, просто не могли понять, откуда взялось такое название. Мы тогда вообще не задумывались, кто из нас украинец, русский, еврей, поляк,  молдаванин, грек или татарин. Хотя, как выяснилось много-много лет спустя, среди нас были и первые, и вторые, и третьи, и...

Замечательный наш двор жил одной семьей, никто никогда ни с кем не ссорился, не выяснял отношений, даже если их отпрыски подрались из-за мяча или куклы. На слезные жалобы кого-либо из нас родители лаконично отвечали: «Сам виноват…» И мы снова бежали на улицу, забыв о сиюминутных обидах, играли в классики, прыгали со скакалкой, сражались в пионербол и футбол.

В числе наших многочисленных друзей-подружек была чернявая девочка  Соня, которая лучше всех играла в классики голубой полупрозрачной биткой из толстого стекла. За это она у местных ребятишек была в авторитете, а мы ее просто обожали и втайне немножко завидовали. Если кто-то говорил, «будешь как Сонька», мы взлетали на седьмое небо от счастья. Но самым главным достоинством нашей Сони была ее необыкновенная бабушка Хатиджа. Не знаю, кого мы больше уважали и обожали – внучку или ее бета – но возле их подъезда всегда толпились мальчишки и девчонки. А все потому, что бабушка Хатиджа пекла вкуснющую сладкую пахлаву, подумаете вы? Может быть и да, но только отчасти. Дело в том, что под вечер, завершив свои домашние хлопоты, бабушка Хатиджа выходила посидеть на лавочке возле дома. Почти мгновенно, после  приземления на крашеные доски ее внушительного дородного тела, как пчелы на мед,  к ней слеталась детвора и из нашего, и из соседних дворов.  Чтобы задобрить почтенную уставшую женщину и немного развлечь ее, мы пели ей песни, рассказывали стишки и угощали семечками. У меня лично была настоящая концертная программа, которую мы с моим дедушкой Мишей составили и разучили. Главной «коронкой» был индийский танец в простыне, который мне показала девочка из пионерского лагеря. Заунывная протяжная мелодия на высоких нотах, которую подвывали мои аккомпаниаторы-мальчишки, действовала на бабушку магически. Мы с нетерпением ожидали появления на добром лице мечтательной улыбки, предвещавшей много интересного и загадочного.

Дело в том, что самой главной причиной беззаветной детской любви были сказки, которые рассказывала бабушка Хатиджа. Ах, если бы знали, что за удивительные были эти сказки! Главными героями в них были не ханы и падишахи, обитавшие во дворцах, а мудрые чабаны, жившие в полуразваленных саклях. В этом бездонном мире легенд пройдоха Тильке и мудрый ишак, карманщик Мемет и вор Ахмет оказывались в сто раз сообразительней и умнее злых богачей.

Все сказки бабушки Хатиджи были близки и понятны нам, детям, выросшим в «хрущевках», у которых главным лакомством был кусочек хлеба, посыпанный сахаром. У которых не было красивых игрушек, а велосипед «Орленок» - один на весь двор – принадлежал дочке военного Тане Барабановой. Наши же родители работали на заводах и стройках, жили в коммунальных квартирах и очень радовались, если удавалось «выбить» для своего дитяти путевку на один сезон в пионерский лагерь. Все лето мы бегали босиком, а зимой носили валенки с калошами. Ненависть к тем, кто обманывает честных людей, была генетически заложена в нашей крови, народ, который ни во что не ставит халифов, - был нашим кумиром.

Больше всего запомнилась Сказка о мудром ишаке. Мне, девочке, тогда была неясна до конца вся подоплека этой народной байки, но по мере взросления она стала для меня своеобразным манифестом, в котором заложены все позиции, на которых базировался общественный строй и в прошлом, и в настоящем. Вот она, моя любимая сказка-истина, соль земли и глас народа.

Сказка о мудром ишаке

«В очень давние времена у одного престарелого чабана был старый и умудренный опытом ишак. Чабан очень любил своего ишака и не упускал случая похвалиться им:

— Мой осел, да продлит Аллах его дни, гораздо умнее визирей нашего падишаха, — говорил он на всех углах.
Однажды слова чабана достигли царственных ушей.

— Как смеет голый чабан сравнивать своего плешивого ишака с моими любимыми визирями?! — закричал в гневе падишах. — Немедленно привести ко мне дерзкого нечестивца!

Стража тотчас же разыскала старика и доставила его пред грозные очи властителя.

— Ну, — сказал падишах, — отвечай мне прямо, как осмелился ты, мелкий червяк, унижать моих визирей такими кощунственными уподоблениями?
Чабан, нисколько не смутившись, посмотрел султану в глаза и сказал:

— О, мудрейший из мудрых, властелин над властелинами, шах-ин-шах. Я ведь не попусту говорю, что мой осел, да будет благословен час его рождения, умней, чем твои любимцы визири. Поверь мне, что моими устами говорит так чуть ли не сам Аллах.

Однажды я ехал на этом осле через мост, на котором было немало дыр и щелей. Как ни был осторожен мой осел, а все-таки попал он одной ногой в дыру и повредил себе колено. И с тех пор, сколько бы ни приходилось мне проезжать через тот мост, мой мудрый осел, да будет над ним благословение пророка, ни за что не хотел переходить по этому месту, где была дыра. Он всегда благоразумно обходил ее, помня о том, что с ним случилось. Скажи же теперь, о царь царей, так ли благоразумно поступают твои визири?! Я давно живу на свете и видел своими глазами, сколько их перевешал ты за слишком уж явное воровство, вероломство и взяточничество? И ни один из них никогда не хотел учесть опыта своих предшественников и сделать так, чтобы злоупотребления не бросались в глаза. Сколь ни широк мост узаконенных тобой злодеяний, а все-таки не могут твои визири ловко обходить встречающиеся на нем узкие щели выпущенных для вида законов. Как можешь ты, спрошу теперь я, сравнивать после этого моего мудрого осла с этими дураками?!
   
Ничего не оставалось сделать падишаху, как согласиться с доводами чабана и, наградив его попоной для ишака, отпустить невредимым из дворца».

Правда – гражданка резкая, причем, режет она, прежде всего глаза – один из самых важных органов человека. Некоторые из нас, детей, воспитанных на сказках бабушки Хатиджи, стали диссидентами, иные приняли страдания в сумасшедших домах, третьи - через время стояли на майданах во время революций, другие просто покинули родину – и малую, и большую. Но это было потом, а когда мы из детства перешагнули в юность, Соня пересказала нам еще одну сказку бабушки Хотиджи, но не волшебную, а страшную. Называется она – департация.
                  
Сказка о департации

«В мае, когда до окончания войны оставался только год, вечером к нам в дом пришли люди в военной форме, приказали собраться за полчаса и выйти из дома с вещами. Все плакали, как на похоронах, не зная, что будет с нами, предчувствовали беду. Она началась прямо в поезде, куда нас всех погрузили, как скот. Ехали мы много-много дней почти без еды и воды. Взрослых, тех, кто умер ночью, вытаскивали из вагонов как ненужные мешки и бросали на землю прямо у вагонов, детей – выбрасывали в окна. От голода, ужаса и горя мы тоже были практически мертвыми – напоминали грязные облезшие тощие куклы на мусорнике…

Не помню, как мы доехали до Казахстана, как в тумане поселились в домах, похожих на коробки, обмазанные глиной. И начали жить, правда, многие еще и после того дикого переселения, лишений тихо умирали, оторванные от родины, найдя последнюю точку земного пути в знойной чужой приютившей нас земле. Тридцать лет, каждую ночь нам снились цветущие долины Крыма, плодоносные виноградники и овцы в белых шубках на зеленом поле. Родилось новое поколение татар, не видевших родного края, ушло навсегда старое поколение, пережившее изгнание из рая, прежде, чем мы смогли вернуться на родину и начать жизнь сначала…»

Только тогда мы поняли, почему наш просторный двор под зелеными кронами деревьев местные обитатели назвали Татарским – из-за Сониной семьи, не доехавшей до Крыма на пути из Казахстана в Украину. Они – мама Айша, папа Ахмет, бабушка Хатиджа и Соня – олицетворяли в пространстве запорожского двора исстрадавшийся татарский народ: сильный и отважный, стойкий и открытый.

Мы стали гордится тем, что именно в нашем дворе живут такие прекрасные люди, и нам просто повезло взрасти на татарских сказках, впитать  часть культуры и истории великого народа. Пока мы не разлетелись как перелетные птицы в разные края и страны, и молдаванин Юра, и еврейка Лена, и братья-греки Горик и Витя, и болгарин  Вова, и полька Рита, и я – смесь украинца и россиянки – называли себя татарами. «Привет, татарин! – Привет, татарка!» - так мы до сих пор обращаемся к нашим однокашникам, оставшимся в живых…

Неужели история повторится?! Неужели из-за имперских амбиций одной акцентуированной личности наши родные и любимые татары могут вновь пострадать ни за что, просто потому что они хотят жить в Украине, ставшей для них второй матерью. Не по доброй воле, «а токмо волею пославших мя…», трагедия может повториться. Не дай Бог, смилуйся над нами.

Настанет время, я верю, что последний солдат придет домой, в свой собственный Татарский дворик, к родным пенатам, чтобы рассказать своим детям Добрую Сказку о мудром правителе, прекратившем войну и сделавшем свой народ счастливым и свободным. И в Украине, «в семье вольной, новой», каждый сможет говорить на языке своей души – белорусском, болгарском, венгерском, гагаузском, греческом, идише, татарском, молдавском, немецком, польском, румынском и русском – на любом, признанном в Украине официальным, языке. Правда ведь, бабушка Хатиджа?..
                                              
Наталья Кузьменко

Прочитано 1178 раз Последнее изменение Среда, 02 Июль 2014 09:23

Последнее от
Notice: Undefined property: stdClass::$author in /home/myhostzp/nsju.zp.ua/www/templates/vt_magazine/html/com_k2/templates/default/item.php on line 435

Notice: Trying to get property of non-object in /home/myhostzp/nsju.zp.ua/www/templates/vt_magazine/html/com_k2/templates/default/item.php on line 435