Культура (263)
Небо у ці дні кольору молока, густого сигаретного диму та розбавленої акварелі. Біле.
Птахи, що влітають у це марево, пропадають назавжди з виду. Чутно лише їх крики, їхні розмови.
Небо над моє головою – частинка туманного Альбіону. І якщо заплющити очі, перегукування чайок у гущі туману переносить тебе на узбережжя зимового океану.
Білі чайки у білому небі.
...цепи прочь, корона прочь, ореол прочь; просто живая женщина
Шарлотта Перкинс Гилман
Что непонятно тебе? Ты похожа на дождь.
Улыбнись. Потанцуй со мной. Воодушевлённая.
Необходимо расслабиться. Ничего не хочу знать.
Выглядишь, как дождь. Свежо.
- Привет, Лизочек! Как ты? Сильно переживаешь?
- А, привет, Настюха! Сколько лет, сколько зим! Как это ты решила мне позвонить? Обычно от тебя не дождешься внимания. Нормально я. А с чего бы это мне так уж переживать?
- Да ладно, передо мной можешь не играть в пофигизм, я же знаю твою легкоранимую душеньку и трепетное сердечко.
Должно быть, эта женщина просыпается на рассвете, в униженном одиночестве, приводит внешность в убогий порядок.
Чувство холода стало привычным, постоянным. Кожа, обтягивающая простуженные кости, скрипящие, когда ветер мчится прочь безразличной походкой, словно осыпалась.
