Версия для печати

Спасибо, Франц Кафка!

Оцените материал
(7 голосов)

Тело

Я шел по мокрому асфальту. В моей груди волновалось сердце. Думая о предстоящем времяпровождении, старался сделать вид пристойного парня.

У её дома была приятная лужайка, на которой к вечеру заснули уставшие цветы. Я позвонил в дверной звонок. Поправил выглаженный галстук и покорно ждал.

- Привет! – радостно произнесла она своим нежным голосом.

- Здравствуй… - неуверенно пробормотал я.

- Входи.

Сделав шаг, я упал прямо на пороге. Невыносимая боль за грудиной выворачивала моё худощавое тело.

Из-за громкого дыхания не было слышно приятной музыки, которую она выбрала для нашего романтического вечера.

Спина прогибалась то назад, то вперёд. Страшно…

Головокружение.

Моя беспомощность заключалась в паре слов:

- Я умираю…

Девушка внимательно смотрела на меня. Спустя пару минут произнесла:

- Оставь тело здесь и проходи.

Спасение

- Здравствуйте! Я рада тому, что наконец появилась возможность поговорить с вами.

- Добрый день! Взаимно! Не будем терять времени даром и начнём.

- Все были поражены этому случаю. Подобное ни с кем не случалось (архивы были проверены). Что вы можете сказать по этому поводу?

- Жизнь разнообразна. Она преподносит каждому отдельный сюрприз. Мне достался именно этот.

- Поразительно! 

- Большинство задаёт вопросы о случившемся. Могли бы вы описать?

- Да, конечно. Это не составит особого труда. 

Спутницей моей жизни является тишина. Стремлюсь к ней. В очередной раз уединился. Поздней ночью, как всегда, вышел на улицу. Это мне нравится: никаких людей, разговоров, движений, оживления и прочее. Мне ничего не нужно. Мне ничего не нужно. Мне ничего не нужно.

- Прошу прощения, могу поинтересоваться? Почему вы повторили эту фразу трижды?

- О-о-о, вы слишком молоды, раз ещё не поняли этого. Первый раз я сказал «Мне ничего не нужно», чтобы оповестить о своей неприступности. Второй раз – самодостаточности. И третий – жажде пустоты. Полное опустошение – цель моей жизни, которая стремится уничтожить всех и вся. Надеюсь, я объяснил вам суть.

- Да. Удивляет!

- С вашего позволения, я продолжу.

В ту ночь небо было очаровательным. Я решил присесть, так как постоянно отвлекался на звёзды, от чего не мог нормально идти. Долго смотрел. Для полного счастья в тот момент не хватало угрожающего ветра и чувства страха пред приближающейся грозой.

Затем некое тело начало приближаться ко мне. Ни откуда, с высоты. Сначала я подумал, что это падает звезда. Желаний  я никогда не загадываю, поэтому решил дальше наблюдать за этим астрономическим явлением. Но оно летело  вперёд. Прямо на меня. Чем ближе это приближалось, тем ярче становилось вокруг. Оно приближалось…

- Что же случилось дальше?!

- Кажется, я умер.

- Но вы сейчас здесь! Как вам удалось спастись?

- С помощью век…

- Простите?

- Я закрыл глаза…

Обвинения

…Птица слетела с ветви трухлявого дерева. Крылатое создание полетело к озеру. В старом водоёме недавно утопился парень. У подростка были проблемы. Резонансы вызывала окружающая среда, несоответствующая внутреннему миру двуногого существа. 

… Птичка села на тёплый камень. Лягушка, сидевшая на нём утром, внимательно смотрела на плывущие по небу облака. Земноводное ждало наивную букашку. Завтраком оказалась большая оса, которая летела с заброшенной фермы. Хозяина убили прошлым летом из-за денег. Человечество уже привыкло к подобным проблемам.

… Птица наклонилась к грязной воде. Кто сделал озеро таким зловонным и отталкивающим? В смерти парня виновна несоответствующая окружающая среда; в смерти хозяина фермы – деньги. Кто же убил озеро? 

…Птица задумалась, посмотрела на небо и решила, что виновата именно она. Прошла пара минут, и вот крылатое создание парит вверху, над мёртвым озером. Затем, прижав крылья к быстро бьющемуся сердцу, бросается  вниз. 

…Птица умерла, разбившись о камни. Теперь озеро виновато в смерти живого существа. 

Что происходит?

Недовольство

Она неподвижно лежала в кровати. Там, в конце комнаты, у самого окна. 

Низкорослая пожилая монахиня и плечистый доктор, шёпотом обговаривая какую-то новость, спешили в другой конец лечебницы. Проходя мимо больной, женщина заметила, что у девушки исчезли внешние признаки жизнедеятельности организма.

– Доктор, – обратилась она. – Взгляните!

Мужчина остановился и быстро проговорил:

– Прекратились дыхательная и сердечная деятельности.

Медик быстро подошёл к лежащей, и начал рассматривать бездыханное тело. Следующие несколько минут мужчина говорил сам с собой:

– Головной мозг перестал реагировать на раздражители… Странно… Клиническая смерть наступила минут 5 назад…

– Доктор, – внезапно проговорила монахиня, - она будет жить?

– Беспокоитесь? Не волнуйтесь, эта девушка не попадёт в Рай…

– Но почему?

– Она жила разгульной жизнью, дорогая, - задумчиво произнёс доктор, вглядываясь в зрачки полумёртвой девушки.

Монахиня покорно опустила голову и подумала: первое, что она сделает, придя в свою комнату, – поменяет красное бельё на что-то более приличное и уместное её возрасту.

Прошло ещё некоторое время. Доктор возбуждённо крутился у кровати, а монахиня стояла рядом и в уме молилась… За кого? Скорее всего, за себя, ибо грешна. Сегодня каждый эгоист.

Внезапно доктор кулаком  сильно ударил лежащую в грудь. Её хрупкое худое тело изогнулось, и девушка начала громко дышать, широко открыв рот.

– Слава Богу! – воскликнула монахиня.

– Богу… – нервно проговорил доктор.

***

– Зачем? – тихим голосом спросила полуживая.

– Вы были в паре шагах от смерти… – ответила монахиня.

– Нужно было меня отпустить! – сказала девушка и потеряла сознание.

На закате

Небольшая комната. Дверь. Окно с тёмными бордовыми шторами. На облезшем одиноком проводке, который торчит с потолка, повисла перегоревшая лампочка. В центре квадрата стоит деревянный журнальный столик. Возле него покоятся старые диван и кресло, за которыми наблюдают настенные лампы. Они выглядели настолько древними,  что, кажется, любой музей приобрёл бы их с жадностью.

Пол и стены - голые. Прохладно…

Когда я вошёл в эту «уютную» комнату, мой друг даже не подозревал, что выйти нам удастся лишь вечером.

Достаю ключ. Он открывает дверь. Мы вошли. Я сел в кресло. Мой друг – на диван после того, как включил настенную лампу.

Неловкая тишина…

Мы просидели в прохладной комнате до заката. Когда упрямые и любопытные солнечные лучи прощального солнца заглянули в окно, комната окрасилась в бордовый цвет. На журнальном столике заблестела пыль.

Мы совсем не удивились, когда одновременно поняли, что настало время уходить. Я закрыл дверь ключом, и мы втроём застучали подошвами старых ботинок по голому полу коридора.

Романтическая опухоль

Точка, в которую он уже не один час смотрел, ожидая, была известна лишь одному человеку. И пусть это место, источник мыслей, ключ рассуждений, в общем, называйте как угодно, находилось на стене больницы, оно не таило в себе какого-то излишнего нагромождения, что преследовало нашего героя на протяжении всего существования; было известно лишь ему (признаков шизофрении не наблюдалось). 

Последние несколько месяцев он был частым гостем местной больницы. Приходил и смотрел...

О чём он думал? Никто не знал и вряд ли узнает. Возможно, просто ожидал, а я, как автор, немного увлёкся. Но вероятно и то, что он всё-таки думал над вышенаписанным.

И вот в конце коридора показался силуэт доктора. Парень взглянул на него и мгновенно перевёл глаза на ту загадочную для нас точку, будто не хотел ничего видеть, хотя довольно долго ожидал этого момента.

Страх? Я удивлён…

– Здравствуйте! Ниспель Шварц? – спросил доктор с милой улыбкой.

– Здравствуйте. Да, – не отводя глаз от стены, ответил парень.

Доктор молчал.

– Пожалуйста, не тяните, – Ниспель посмотрел  доктору прямо в глаза.

 – Я понял, – очнулся медик. – У вас романтическая опухоль.

Ниспель перевёл взгляд на стену.

Унылая пора

Стоны ветра уже слышны издалека. На небольшом деревце несколько окровавленных листьев уже срываются на крик. Остальные пожелтели. В них таятся неизвестные ужас и безумие. Жизнь погасла. Коричневая пластинка листа, которая ранее была зелёной и свежей, корчится сейчас. От боли, я так полагаю. 

Ветер снова кричит с чудовищной силой. Пробегая по пустым скучным улицам, поднимает вихрь пыли и мусора. Теперь это какое-то уродливое создание. Промчавшись по улице, оно мгновенно исчезло. Остался лишь истошный визг. Интересно, скажется ли наблюдение на моей психике?

Мысль о том, что находиться тут небезопасно, не сдвинула меня с места. Может, я перестал управлять своим телом?

Ненависть. Убийства. Страх. Осень…

Наблюдаю. Возможно, когда-нибудь, я буду удостоен права увидеть хотя бы один скелет в шкафу осени. 

Кровь. Гной. Холод. Осень…

Странно то, что у меня нет неприязни к этой поре. Но есть нелюбовь к окружающему меня неестественному миру. Наверное, поэтому я не описываю осень, как Александр Пушкин.

Серия эссе Натальи Гордыбакиной

Прочитано 1021 раз Последнее изменение Среда, 28 Май 2014 15:04

Последнее от
Notice: Undefined property: stdClass::$author in /home/myhostzp/nsju.zp.ua/www/templates/vt_magazine/html/com_k2/templates/default/item.php on line 435

Notice: Trying to get property of non-object in /home/myhostzp/nsju.zp.ua/www/templates/vt_magazine/html/com_k2/templates/default/item.php on line 435

Похожие материалы (по тегу)